Поп и мужик (1)

Нанял поп батрака. Раз поутру говорит поп батраку:

Давай-ка позавтракаем да пойдём молотить.

Сели завтракать, поели того-сего, потом попадья дала на закуску три яйца, попу два, а батраку — одно. Пошли они на ток молотить, взяли цепы и стали работать; поп ударит цепом два раза, а батрак — один раз. Поп — два раза, а батрак — один раз. Поп видит, что батрак выдаёт его в работе, рассердился и говорит:

— Что ты, свет, со мною шутишь, что ли? Я как следует молочу, а ты всё выжидаешь, я ударю цепом два раза, а ты супротив меня только один раз.

— Послушай, батюшка, — сказал батрак, — когда мы завтракали, так ты два яйца съел, а я одно, оттого и силы у меня меньше!

— Что ж ты, свет, давно мне этого не скажешь? Я бы приказал матке, чтоб тебе и другое яйцо дала. Ступай в избу да скажи матке, чтоб дала тебе другое яйцо, съешь да и ворочайся назад.

Батрак бросил цеп, прибежал в избу и говорит попадье:

— Матушка! Поп приказал, чтоб ты мне дала.

— Чего тебе дать?

— Сама догадаешься — вестимо поеть! Только давай поскорей, батька велел торопиться.

— Что ты, проклятый, с ума спятил? Эдакие речи говоришь?

— Ну, сама спроси у попа, коли не веришь.

Попадья вышла на двор и кричит:

— Послушай, батюшка! Ты велел работнику дать?

— А ты еще не дала? — кричит ей поп. — дай ему поскорее да отпусти, пусть молотить идёт.

Попадья вошла к избу.

— Ну, правда твоя! — говорит работнику и легла на лавку за столом.

Батрак влез на неё, живо отмахал, торопится уйти, чтоб поп-то не застал, и прямо с попадьи полез через стол, и тут с его хуя потекло на стол соплей-таки порядочно. Вышёл на двор и дал тягу от попа. Вот поп помолотил, помолотил и думает: что такое значит, что по сию пору нет работника, дай схожу за ним. Пришёл к избу и спрашивает у попадьи:

— Где же батрак?

— Как отработал, так сейчас и ушёл.

Поп думает, что попадья говорит об яйце. Подошёл к столу и видит, что на столе нагажено, и говорит жене:

— Эка ты ему уважила! Верно, дала яйцо всмятку; ишь, не мог он аккуратно съесть, на стол разлил.1

А попадья посмотрела на стол и говорит:

— Эка подлец! Это как он с меня слез прямо через стол, верно, с его хуя и натекли сопли; надо убрать.

— Что, что, — спрашивает поп, — что он с тобою сотворил?

— Да что ты приказал, то и сотворил — отъёб меня!

Поп начал на себе длинные волоса рвать и заругался на попадью:

— Ах ты, проклятая блядища!

Тотчас запряг он лошадь и поехал нагонять батрака. Батрак увидал попа — взял выпачкался в грязи и сам пошёл к нему навстречу.

— Здравствуй, батюшка!

— Здорово, свет!

— Куда едешь?

— Батрака своего разыскиваю.

— Возьми и меня с собою.

— Да ты кто?

— Грязнов.

— Пожалуй, поедем.

Едут вдвоём, попадается им цыган, тоже назвался с ними ехать. Вот едут втроём и настигла их ночь. Приехали они к речке, увидели: стоит на берегу избушка, а в той избушке жила вдова, и к ней по ночам ходил любовник. Стали у ней проситься ночевать; она им отказывает.

— Никак нельзя! Нынче ночью зальёт мою избу водою — все, пожалуй, сонные потонете!

— Ничего, мы тогда как-нибудь выйдем.

Делать нечего, пустила их ночевать; поп лёг на полати.

— Здесь, — думает, — высоко; авось вода не дойдёт!

Цыган привесил корыто к потолку, лёг в него и взял нож.

— Когда придёт вода, — думает себе, — я обрежу верёвки и поплыву в корыте.

Хозяйка легла на печке, а батрак хозяйкино-то дело сметил да и лёг у окна:

— Пусть вода придёт, ведь один раз умирать!

Вот ночью слышит он: кто-то стучится к нему под окошко.

— Кто там?

— Я, — говорит любовник.

— Ну что ж, принёс что-нибудь?

— Принёс полштофа водки да колбасу.

— Ну, давай!

Тот подал. Батрак взял и говорит ему:

— Мне никак нельзя теперича тебя принять, потому что у меня постояльцы ночуют; а дай хотя для потехи подержу твой в руках: всё легче мне будет!

Любовник вывалил из штанов свой хуй, а батрак взял рукою за хуй покрепче, рукою ищет, нет ли палки его попотчевать; на счастье и попадись ему ножик. Как он барахнул-то ножом — тот и стоит, словно безумный, без хуя: видит дело-то плохо — и марш домой!

А батрак сейчас полуштоф побоку, пьёт себе да колбасой заедает. А попы на это чутки. Проснулся поп и кричит:

— Грязнов! Что ты ешь?

— Колбасу.

Дай-ка и мне!

Он ему и подал отрезанный хуй. Поп погрыз, погрыз да и отдал назад:

— Очень крепка! — говорит.

— Ещё не уварилась.

Потом опять заснули все; батрак и вздумал ещё подшутить, взобрался на полати и зачал ссать, да наметил прямо попу в рот, а тот как закричит:

— Вода, вода!

Да чебурах вниз головою. а цыган видит, что поп нырнул вниз, сейчас обрезал ножом верёвки да и с корытом бац — так и брякнулся об пол. Кое-как повскакивали да бежать вон! А батрак и теперя поживает с этою хозяйкою2


Ссылки:

1 Вариант. Подошёл к столу и говорит:

— Ишь, ты, мать, с батраком яичницу ела, да разлила!

Взял соли, посолил да и слизал языком (этим и кончается сказка)

2 Вариант. Шёл сапожник дорогою; нагоняет его портной и говорит:

— Здравствуй, мир дорогою!

— Здравствуй!

— Нельзя ли пристать к тебе в товарищи?

— Пойдём.

Идут, навстречу им немец.

— Здорово. мир дорогою вам. Братцы, не примете ли в товарищи?

— Какие мы тебе товарищи: мы русские, а ты немец!

— Возьмите с собой, братцы!

— Ну, иди!

(Дальнейшая история та же: останавливаются ночевать у вдовы: сапожник у окошка; вдова было не пускать его — куда! Портной на гольце у печки, а немец в корыте, которое привесил к потолку. Приходит любовник.

— Дай, милая, я хоть тебя поцелую!

Сапожник выставил ему свою жопу, тот поцеловал и говорит:

— Какая у ней морда-то широкая! Дай, ещё поцелую!

Сапожник ещё выставил жопу, а любовник нашёл колотушкуда как хватит его по жопе.

— Ах. Мать его так! Ловко поцеловал!

Сапожник ссыт немцу прямо в рот, тот падает наземь.

— Хитёр немец, — говорит сапожник, — а мы его надули!)

Внимание, откроется в новом окне. PDFПечать
Нашли опечатку или несоответствие? Выделите текст, нажмите Shift + Enter и отправьте нам уведомление.
Грузовики мицубиси митсубиси кантер малотоннажный японский грузовик.